Трезвость - это подвиг

- Вы главное в Боженьку веруйте, и все у вас наладится, говорит очень приятная женщина Галина с добрыми и усталыми глазами. Мы приехали ночью, в очень комфортный чистый дом и уставшие с дороги сразу погрузись в сон. Утром нас встретил наш гид, в большой меховой шапке. Владимир с приятным поморским акцентом начал рассказывать о святынях монастыря и что ждет нас в этом паломничестве. Здесь в Дивеево невольно погружаешься в атмосферу дореволюционной России, складывается впечатление, что никакой советской власти вовсе не было, а от гула информационного общества обитель защищает плотный купол исихасткой молитвы, в воздухе витает дух православных преданий, в которые местные верят как в истину в первой инстанции. А как не верить, я вижу все своими глазами, мои чувства наполняет тихая радость.

Мы заходим в главный собор обители, где хранятся мощи великого русского светильника – Серафима Саровского. В храме тишина и спокойствие, народа очень мало, в основном монахини с просветленными лицами и колоритные странники в изношенных одеждах. Мы подходим к мощам и в священном трепете кладем святому земные поклоны.  Владимир рассказывает нам, что ни попросите у батюшки с верой – все сбудется. Нам есть, что просить ведь мы выздоравливающие зависимые, которые проходят внутреннюю пустыню человеческих страстей. Мы собираемся выходить из храма, но Владимир останавливает нас и говорит, что на богослужении присутствует игуменья матушка Сергия. Он заверяет нас, что мы точно попадем под благословение, потому что Господь любит пьяниц. И действительно успеваем подбежать под благословение к настоятельнице. Она обогревает нас молитвенной благодатью, обращаясь к нам «мои подвижнечки», я испытываю большой трепет перед ее словами, на щеки наворачиваются теплые слезы. А мы ведь действительно подвижники – трезвость, в нашем случае, самый тяжелый подвиг. 

Мы выходим из собора и движемся к канавке, по которой по местным легендам проходила сама Пресвятая богородица. Предание гласит, что Дивеево это четвертый удел Божией матери на земле, об этом Она Сама рассказала батюшке Серафиму, когда явилась к нему в видении. Монахини своими ручками копали эту канавку под руководством батюшки Серафима и днем и ночью и даже морозную стужу. Для всех православных христиан – эта канавка духовный окоп, от приближающейся власти антихриста. Монахини верят, что он не сможет ее перейти, когда будет явлен миру. Мы проходим по канавке, исполняя Богородичное правило – читаем по четкам 150 раз молитву «Богородица Дева радуйся». Я слышу пение птиц, меня ласково согревает солнышко, на короткий миг я забываю про свои страхи и тревоги. К концу пути нас встречает послушница с просьбой о помощи, мы соглашаемся. Она ведет нас к нашему удивлению в алтарь только построенного храма. Храм удивляет своим великолепием, на сводах и стенах нет ни одного рисунка, кругом красуется мозаика, храм украшен полностью в византийском стиле. И как тут не согласиться, с тем, что Господь любит пьяниц, ведь Он привел нас к Своему алтарю.

Заканчивая уборку, мы собираемся поехать н святой источник. По дороге подбираем монахиню, которая предостерегает нас от прививок. К сожалению, нам не совсем по пути, но я доволен даже кратким разговором. Мы едем на источник через великолепные снежные просторы. Микроавтобус преодолевает сугробы и, наконец, застревает в снегу. Мы выталкиваем его на подъеме духа. Владимир не унывает и везет нас на другой источник. На роднике красуются небольшие деревянные строения-купели. Мы заглядываем внутрь и удивляемся кристально чистой голубой воде. Страх перед холодной водой забирает все мысли, но мы же не зря приехали, и с короткой молитвой погружаемся в источник. Тело получает заряд неописуемой энергии, наружу вырывается смех, такой звонкий, что сторож источника даже делает нам замечание. Возвращаемся домой под вечер, и приступаем к приготовлению постной пищи, так как завтра планируем причащаться.

Утром мы благополучно просыпаем будильник, и впопыхах бежим на божественную литургию. Подходим по очереди на исповедь к священнику, мысленно молюсь Богородице, о том, что очень хочу причаститься, но понимаю что это практически не реально в монастырских условьях без строгой подготовки. Рассказываю священнику о своих грехах, о том, что плохо готовился,  прошу его допустить меня, и о чудо, он дает одобрительный ответ. Людям, не познавшим сладость причастия Святых Тайн Господних не понять глубину моего ликования. Вот я - зависимый, самый последний грешник удостоен чести принять в себя Великую Святыню. Господь любит пьяниц! Потому что мы как блудные дети, как сироты, которые ищут любви и правды. Я отстаиваю долгую литургию, с каким-то чувством легкой вины, за то, что могу больше и усерднее молиться и поститься, но каждый раз мое сознание похищается животной натурой. После причастия выхожу из храма и встречаю нашу группу, мы идем на экскурсию, по дороге, рассуждая, как духовная жизнь возносит нас над законами материи,  над естественными потребностями, над низменными желаниями. Экскурсовод рассказывает, как батюшка Серафим молился на камне без еды и воды тысячу дней и ночей, как монахиня Елена безропотно взяла на себя смерть брата по благословению батюшки, о блаженных старицах, которые знали чужие помыслы, предрекали события, юродствовали Христа ради, и нежные неземные истории про царскую семью. Я погружаюсь в какие-то сентиментальные грезы о той Святой России. Мне очень хорошо, хоть и устал физически. Потом посещаем трапезную, небольшая передышка и снова трудится в полюбившийся храм. Такой вот непростой уклад и ритм жизни в монастыре. Кому-то изнеженному городской жизнью может показаться каторгой, но мы проходящие инициацию на реабилитационном центре привыкли работать над собой, ведь наши жизни требуют порядка не меньше, чем только что достроенный храм.

Батюшка Серафим говорил: «Стяжи дух мирен, и тысячи вокруг тебя спасутся». Мне кажется, что атмосфера Дивеева – это и есть дух мирен, и даже поле битвы в моем сердце на какое-то время утихло. Я еще не знаю, как сохранить это состояние, но зато знаю к чему надо стремиться.